Телефон подписки
8 (800) 555-66-00





Читать    Подписаться
Новости и события

«Охотничьи просторы» проиграли апелляцию в споре с УФАС о нарушениях на торгах
14 декабря 2018 г.

ФАС России скорректирует инициативу об отмене иммунитетов применения антимонопольного законодательства для интеллектуальной собственности
14 декабря 2018 г.

«Клевер Кей» оштрафован более чем на 3,8 млн руб. за участие в картеле
14 декабря 2018 г.

Суд по интеллектуальным правам признал «МГК» нарушившей Закон о защите конкуренции
14 декабря 2018 г.

все новости
 Самое читаемое

- Тенденции в антимонопольном праве США, ЕС и Китая
32
- Ценовые предписания ФАС России и управление издержками и рисками компаний
15731
- Правовое регулирование использования product placement в России
7954
- Трансляция VII Петербургского Международного Юридического Форума
13283
- Компетенция вне границ
143
- XIV деловой форум «Юридический форум России». Сессия «Антимонопольное регулирование 2018»
4397
 Обзоры




Главная /  Главные сюжеты /  Четыре главных вывода Конституционного Суда РФ...
Четыре главных вывода Конституционного Суда РФ в решении по параллельному импорту


Юрий Яхин,
руководитель группы практики интеллектуальной собственности «Пепеляев Групп»
Валентина Орлова,
руководитель практики интеллектуальной собственности и товарных знаков «Пепеляев Групп», профессор, докт. юрид. наук

13 февраля Конституционный Суд РФ вынес решение по жалобе ООО «ПАГ» о проверке конституционности положений Гражданского кодекса РФ применительно к запрету ввоза в Россию товаров, маркированных товарным знаком, без согласия правообладателя. Изучим основные выводы суда.


Основные выводы Постановления КС РФ от 13.02.2018 № 8-П (далее – Постановление) можно свести к четырем положениям.

1. Запрет параллельного импорта признан соответствующим Конституции РФ. Полномочие по выбору режима исчерпания исключительного права принадлежит законодателю, режим может быть также установлен международным соглашением. Поскольку в настоящий момент законодатель выбрал региональный принцип исчерпания (то есть свободный ввоз товаров из стран ЕАЭС при условии законного введения маркированных товаров в оборот в таких странах) и национальный принцип исчерпания (для иных стран), то запрет правообладателя третьим лицам ввозить маркированную продукцию признан соответствующим российскому законодательству. Соответственно нормы ст. 1252, 1487, 1515 ГК РФ признаны конституционными.

2. Параллельно импортированная продукция является контрафактной. При этом ее следует отличать от такого вида контрафактных товаров, как поддельная продукция (на которую нанесен товарный знак без согласия правообладателя).

3. Следовательно, не предполагается применение при ввозе на территорию РФ параллельно импортированной продукции таких же по размеру (тяжести последствий) мер гражданско-правовой ответственности, как при ввозе поддельного товара, если по обстоятельствам конкретного дела это не влечет для правообладателя убытков, сопоставимых с убытками от введения в оборот поддельного товара.

Такая мера ответственности, как изъятие и уничтожение продукции, вообще не должна применяться к параллельно импортированным товарам, кроме случаев их ненадлежащего качества и (или) для обеспечения безопасности, защиты жизни и здоровья людей, охраны природы и культурных ценностей. При этом законодатель вправе установить иные меры ответственности за параллельный импорт, которые будут мягче, чем меры ответственности, установленные за ввоз и введение в оборот иных контрафактных товаров.

4. В случае выявленной судом недобросовестности правообладателя суд вправе отказать в применении мер ответственности за нарушение исключительного права, выразившееся во ввозе маркированной товарным знаком продукции без согласия правообладателя.

В качестве критериев недобросовестности КС РФ назвал следующие обстоятельства:

  • правообладатель ограничивает ввоз на внутренний рынок РФ конкретных товаров или реализует ценовую политику, состоящую в завышении цен на российском рынке по сравнению с другими рынками в большей степени, чем это характерно для обычной экономической деятельности и для удовлетворения разумного экономического интереса правообладателя;
  • российский потребитель ограничивается в доступе к соответствующим товарам, прежде всего тем, наличие которых на внутреннем рынке является жизненно важной необходимостью (например, отдельные категории лекарственных средств, оборудование для жизнеобеспечения населения);
  • недопуск правообладателем ввоза выпущенного с его согласия за рубежом товара ведет к созданию угрозы для обеспечения безопасности, защиты жизни и здоровья граждан, охраны природы и культурных ценностей, других публично значимых и конституционно защищаемых интересов;
  • ограничение ввоза товаров как результат следования правообладателя товарного знака режиму санкций против России, ее хозяйствующих субъектов.


Последствия

Несмотря на признание КС РФ законным национального и регионального принципа исчерпания исключительного права, полагаем, что участники рынка могут столкнуться с трудностями в связи с тем, что судам предстоит выработать более детальные критерии недобросовестности правообладателей, а законодатель может отказаться от выбора мер ответственности параллельных импортеров либо выбрать меры, которые сделают запрет параллельного ввоза фактически нереализуемым.

Принятое Постановление, по-видимому, сильнее всего повлияет на официальных дистрибьюторов правообладателей в России.

Кроме того, принятие Постановления, вероятнее всего, повлечет изменение подходов при рассмотрении ФАС России дел о злоупотреблении доминирующим положением со стороны правообладателей (доминирующих субъектов), в частности в форме экономически или технологически необоснованного отказа либо уклонения от заключения договора с отдельными покупателями.


Рекомендации

Для минимизации вероятности возникновения трудностей рекомендуем:

  • пересмотреть политику компаний ввиду критериев недобросовестности, установленных КС РФ, в частности не использовать запрет на параллельный импорт для поддержания на российском рынке необоснованно более высоких цен на товар по сравнению с рынками в других странах;
  • тщательно прорабатывать основания отказа в заключении договоров с покупателями, в том числе учитывать обстоятельства, которые могут свидетельствовать о недобросовестности правообладателя согласно Постановлению, для минимизации признания такого отказа как необоснованного и его квалификации как нарушения антимонопольного законодательства;
  • тщательно формировать позицию применительно к запрету ввоза продукции без согласия правообладателей, чтобы избежать негативных последствий (признание поведения правообладателя недобросовестным, возмещение судебных расходов импортера, потеря дальнейшей возможности запрета);
  • в случае предъявления требования об уничтожении выбирать ситуации, в которых импортируемые товары могут не отвечать установленным правилам относительно жизни и здоровья потребителей, защиты безопасности, охраны природы и др.

24 февраля 2018 г.

Оставить комментарий


Внимание! Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.








 

№ 5, 2018 (сентябрь-октябрь)

 Опрос

Какие законодательные шаги необходимо предпринять в первую очередь для эффективного развития конкуренции на уровне ЕАЭС?